Юрский, дифирамб с Ксенией Лариной.
Dec. 7th, 2010 02:44 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catokС. ЮРСКИЙ: Здравствуйте, Ксения. Здравствуйте, господа, кто сейчас при радио.
К. ЛАРИНА: У нас не только при радио, но и при телевидении, потому что у нас идет трансляция в Интернете.
С. ЮРСКИЙ: Ой, я не сделал лица соответствующего…
...
С. ЮРСКИЙ: … одно слово – учителя, не только школьные, не только дошкольные, вообще учителя. Проблема того, что исчезли и учителя, и ученики, остались дипломы и возможность их получения. И отсюда фальшь. Эта проблема, как мне кажется, и есть абсолютно национальная проблема – возвращение учителей и учеников, преемственности ума, способности, преемственности обработки талантов....
...
К. ЛАРИНА: «Сергей Юрьевич, скажите, пожалуйста. Вы – человек, проживший при нескольких режимах власти, много видели, много слышали. Что же творится сейчас, в пору так называемой суверенной демократии? Почему пропали такие индивидуумы, как Любимов, Товстоногов? Почему большинство так называемой интеллигенции превратилось если не в рупор, то в прокладку? Не слишком ли много лжи и лицемерия стало именно сейчас...
С. ЮРСКИЙ: Масштабы личностей тоже сохраняются. Потому что когда вдруг иногда в лекциях по каналу «Культура» появляются определенные люди, назову одного - Зорина назову, который выступал перед этой аудиторией и по телевидению, то ты видишь, что масштабы личностей сохраняются. Другое дело, что они затемнены. На них нет спроса, к ним нет интереса. Это возврат к тому, что я только что сказал – учителя и ученики. Фальшивые авторитеты, надуваемые авторитеты и отсутствие интереса к реально существующим открытиям, прозрениям, пророчествам, реально существующим сейчас писателям – сейчас существующим! – к которым очень надо прислушиваться, и они существуют, на виду. Желания нет! Господа говорят то, что говорит один из вопрошающих: «Ну если в театр пришел, так отдохну. Если книжку взял, так я отдохнуть должен. Если телевизор смотрю, я должен отдохнуть». Господа, есть непрерывное производство, вроде доменного. Его нельзя останавливать. Печка треснет, лопнет – и все, и конец. Такая же домна Богом заряжена в нас – это сердце, это мозг, это мысль. Будить надо мысль, когда она даже дремлет. А когда она засыпает – это уже преддверие смерти. Поэтому надо желать. Надо книжки трудные читать. Надо. А что этот призыв значит? Ох, сейчас все кинутся: «Это Сергей Юрьевич нам посоветовал интересную вещь – читайте трудные книжки. Кто он такой?». Действительно, кто он такой? Я не говорю, что я учитель. Я говорю, что желание учиться породит и учителей. Желание платить за то, чтобы не диплом получить, а за то, чтобы учиться! Так что это претензия не только к верхам, это претензия и к тем, кто говорит, что делать. Думать!
К. ЛАРИНА: На ваш взгляд, когда все-таки этот сбой произошел вот в общественном сознании?
С. ЮРСКИЙ: А вот это получилось действительно примерно на начале перестройки, мне кажется. Связано ли это с деньгами? Да, связано. И сегодняшний кризис финансов, банков и все то, что происходит сейчас во всем мире глобально – недоверие к банкам, разорение банков, ненависть к банкам, битье стекол, крики и все прочее – это все обоснованно. Действительно, мы попали в царство Мамоны. Действительно, опасно всеобщее правление денег. Иногда чуть прикрытое, иногда чуть более открытое. Но действительно правление денег! Это крайне опасно. Если вы мне скажете: «Ну, так скажите, что делать – выбрасывать деньги в окно?» - Я скажу: «Нет, господа. Мыслить, думать, обуздать свой эгоизм, обуздать болезнь, которая называется «непомерная жадность»».
К. ЛАРИНА: А это путь, который только мы проходим, или все его проходят?
С. ЮРСКИЙ: Все. По-моему, все. В разной степени. Я не вижу близко, что происходит в других странах, но судя по тому, что доносится – да, это все.
К. ЛАРИНА: Но как-то справляются, значит, во всем мире с этой проблемой.
С. ЮРСКИЙ: Да не очень справляются. Да не очень!
К. ЛАРИНА: Ну как не очень, Сергей Юрьевич? Я вижу, что там, если даже никуда не ездить, а просто смотреть по телевизору, как там происходит жизнь, я даже вижу, что любая несправедливость, которая касается человека конкретного, вызывает живой отклик. Он выходит на улицу и говорит: «Несправедливо со мной поступаете, пошли вон отсюда!». Вон сейчас как в Испании – плевать на всех, вот диспетчеры забастовали, и все. Да?
С. ЮРСКИЙ: Ну вот что тут делать? С диспетчерами проблема – вот что тут делать? Это проблема жуткая. Значит, там их почти могли бы и линчевать пассажиры. Кто прав – диспетчеры, которым что-то там закон изменил, или это и есть солидарность диспетчеров, или пассажиры, которые хотят ехать к себе домой, у них праздник, они все хотят, им все испортили праздник? Но со всех сторон, согласитесь – и со стороны пассажиров, которые не хотят прислушаться, что кому-то больно, а кому-то сильно больно, если диспетчеры всей страны ушли со своих мест – сильно больно! – не хотят прислушаться, и диспетчеры не хотят прислушаться… Это вот то самое – жадность и эгоизм, которые стали абсолютным кодом жизни.
К. ЛАРИНА: Ну а как себя защищать? Как защищать свои права?
С. ЮРСКИЙ: Ну я не знаю, как себя в этом защищать. Стараться быть менее жадным и менее эгоистичным! Ну вот единственное, что я могу сказать, но это на личном уровне.
К. ЛАРИНА: Ну вот у нас поэтому никто не протестует.
С. ЮРСКИЙ: … А дальше Испания будет разбираться, что это значит, что это значит… В крайнем случае на Западе очень много противовесов – там будет суд, там будут судиться, будут выплачивать друг другу миллионные убытки, будет длиться десять лет и все прочее. Но там ни диспетчеры в результате с голоду не умрут, ни пассажиры, которые не добрались до своих семей, с голоду не умрут. У нас меньше противовесов, поэтому у нас это вызывает чудовищные вещи. Не буду перечислять, да и время передачи кончается. Но вы же слышите все это! Вы, слушатели «Эха Москвы», вы слышите это каждый день. Вы, читающие газеты, и даже вы, не читающие книг, в которых все это уже сейчас осмысливается очень умными людьми. Назову одно фамилию – Можегов. Человек, который анализирует сегодняшний день с разных точек зрения, в основном в журнале «Континент». И который пробивается к тому, где корень, и как этот корень либо вырвать, либо этот корень чем-то снабдить, какими-то благами, чтобы он правильно рос. Но, вообще говоря, положение очень сильно тупиковое. Кризис-то не кончается. Не кончается. И не кончается он потому, что Мамона правит полностью. Полностью! Каждым из нас! И никто не смеет сказать, будет врать: «Ну это вот все вокруг, все вокруг, а мы – я, мой приятель и еще мой зять – мы ребята хорошие». Разберитесь, ребята. Разберитесь. Общее правление Мамоны – общее опасная вещь, касающаяся и властителей мира, и руководителей стран, и каждого из нас.
К. ЛАРИНА: Ужасно. Какой-то у нас безрадостный разговор получился, Сергей Юрьевич. Да? Напугали…
С. ЮРСКИЙ: А чего? Радоваться мы будем, когда пойдут телевизионные передачи предновогодние, умрем со смеху.
И много о театре
Не очень мне понравилась сегодня Ксения, как-то варёно всё было, но за гостя - огромное спасибо!
К. ЛАРИНА: У нас не только при радио, но и при телевидении, потому что у нас идет трансляция в Интернете.
С. ЮРСКИЙ: Ой, я не сделал лица соответствующего…
...
С. ЮРСКИЙ: … одно слово – учителя, не только школьные, не только дошкольные, вообще учителя. Проблема того, что исчезли и учителя, и ученики, остались дипломы и возможность их получения. И отсюда фальшь. Эта проблема, как мне кажется, и есть абсолютно национальная проблема – возвращение учителей и учеников, преемственности ума, способности, преемственности обработки талантов....
...
К. ЛАРИНА: «Сергей Юрьевич, скажите, пожалуйста. Вы – человек, проживший при нескольких режимах власти, много видели, много слышали. Что же творится сейчас, в пору так называемой суверенной демократии? Почему пропали такие индивидуумы, как Любимов, Товстоногов? Почему большинство так называемой интеллигенции превратилось если не в рупор, то в прокладку? Не слишком ли много лжи и лицемерия стало именно сейчас...
С. ЮРСКИЙ: Масштабы личностей тоже сохраняются. Потому что когда вдруг иногда в лекциях по каналу «Культура» появляются определенные люди, назову одного - Зорина назову, который выступал перед этой аудиторией и по телевидению, то ты видишь, что масштабы личностей сохраняются. Другое дело, что они затемнены. На них нет спроса, к ним нет интереса. Это возврат к тому, что я только что сказал – учителя и ученики. Фальшивые авторитеты, надуваемые авторитеты и отсутствие интереса к реально существующим открытиям, прозрениям, пророчествам, реально существующим сейчас писателям – сейчас существующим! – к которым очень надо прислушиваться, и они существуют, на виду. Желания нет! Господа говорят то, что говорит один из вопрошающих: «Ну если в театр пришел, так отдохну. Если книжку взял, так я отдохнуть должен. Если телевизор смотрю, я должен отдохнуть». Господа, есть непрерывное производство, вроде доменного. Его нельзя останавливать. Печка треснет, лопнет – и все, и конец. Такая же домна Богом заряжена в нас – это сердце, это мозг, это мысль. Будить надо мысль, когда она даже дремлет. А когда она засыпает – это уже преддверие смерти. Поэтому надо желать. Надо книжки трудные читать. Надо. А что этот призыв значит? Ох, сейчас все кинутся: «Это Сергей Юрьевич нам посоветовал интересную вещь – читайте трудные книжки. Кто он такой?». Действительно, кто он такой? Я не говорю, что я учитель. Я говорю, что желание учиться породит и учителей. Желание платить за то, чтобы не диплом получить, а за то, чтобы учиться! Так что это претензия не только к верхам, это претензия и к тем, кто говорит, что делать. Думать!
К. ЛАРИНА: На ваш взгляд, когда все-таки этот сбой произошел вот в общественном сознании?
С. ЮРСКИЙ: А вот это получилось действительно примерно на начале перестройки, мне кажется. Связано ли это с деньгами? Да, связано. И сегодняшний кризис финансов, банков и все то, что происходит сейчас во всем мире глобально – недоверие к банкам, разорение банков, ненависть к банкам, битье стекол, крики и все прочее – это все обоснованно. Действительно, мы попали в царство Мамоны. Действительно, опасно всеобщее правление денег. Иногда чуть прикрытое, иногда чуть более открытое. Но действительно правление денег! Это крайне опасно. Если вы мне скажете: «Ну, так скажите, что делать – выбрасывать деньги в окно?» - Я скажу: «Нет, господа. Мыслить, думать, обуздать свой эгоизм, обуздать болезнь, которая называется «непомерная жадность»».
К. ЛАРИНА: А это путь, который только мы проходим, или все его проходят?
С. ЮРСКИЙ: Все. По-моему, все. В разной степени. Я не вижу близко, что происходит в других странах, но судя по тому, что доносится – да, это все.
К. ЛАРИНА: Но как-то справляются, значит, во всем мире с этой проблемой.
С. ЮРСКИЙ: Да не очень справляются. Да не очень!
К. ЛАРИНА: Ну как не очень, Сергей Юрьевич? Я вижу, что там, если даже никуда не ездить, а просто смотреть по телевизору, как там происходит жизнь, я даже вижу, что любая несправедливость, которая касается человека конкретного, вызывает живой отклик. Он выходит на улицу и говорит: «Несправедливо со мной поступаете, пошли вон отсюда!». Вон сейчас как в Испании – плевать на всех, вот диспетчеры забастовали, и все. Да?
С. ЮРСКИЙ: Ну вот что тут делать? С диспетчерами проблема – вот что тут делать? Это проблема жуткая. Значит, там их почти могли бы и линчевать пассажиры. Кто прав – диспетчеры, которым что-то там закон изменил, или это и есть солидарность диспетчеров, или пассажиры, которые хотят ехать к себе домой, у них праздник, они все хотят, им все испортили праздник? Но со всех сторон, согласитесь – и со стороны пассажиров, которые не хотят прислушаться, что кому-то больно, а кому-то сильно больно, если диспетчеры всей страны ушли со своих мест – сильно больно! – не хотят прислушаться, и диспетчеры не хотят прислушаться… Это вот то самое – жадность и эгоизм, которые стали абсолютным кодом жизни.
К. ЛАРИНА: Ну а как себя защищать? Как защищать свои права?
С. ЮРСКИЙ: Ну я не знаю, как себя в этом защищать. Стараться быть менее жадным и менее эгоистичным! Ну вот единственное, что я могу сказать, но это на личном уровне.
К. ЛАРИНА: Ну вот у нас поэтому никто не протестует.
С. ЮРСКИЙ: … А дальше Испания будет разбираться, что это значит, что это значит… В крайнем случае на Западе очень много противовесов – там будет суд, там будут судиться, будут выплачивать друг другу миллионные убытки, будет длиться десять лет и все прочее. Но там ни диспетчеры в результате с голоду не умрут, ни пассажиры, которые не добрались до своих семей, с голоду не умрут. У нас меньше противовесов, поэтому у нас это вызывает чудовищные вещи. Не буду перечислять, да и время передачи кончается. Но вы же слышите все это! Вы, слушатели «Эха Москвы», вы слышите это каждый день. Вы, читающие газеты, и даже вы, не читающие книг, в которых все это уже сейчас осмысливается очень умными людьми. Назову одно фамилию – Можегов. Человек, который анализирует сегодняшний день с разных точек зрения, в основном в журнале «Континент». И который пробивается к тому, где корень, и как этот корень либо вырвать, либо этот корень чем-то снабдить, какими-то благами, чтобы он правильно рос. Но, вообще говоря, положение очень сильно тупиковое. Кризис-то не кончается. Не кончается. И не кончается он потому, что Мамона правит полностью. Полностью! Каждым из нас! И никто не смеет сказать, будет врать: «Ну это вот все вокруг, все вокруг, а мы – я, мой приятель и еще мой зять – мы ребята хорошие». Разберитесь, ребята. Разберитесь. Общее правление Мамоны – общее опасная вещь, касающаяся и властителей мира, и руководителей стран, и каждого из нас.
К. ЛАРИНА: Ужасно. Какой-то у нас безрадостный разговор получился, Сергей Юрьевич. Да? Напугали…
С. ЮРСКИЙ: А чего? Радоваться мы будем, когда пойдут телевизионные передачи предновогодние, умрем со смеху.
И много о театре
Не очень мне понравилась сегодня Ксения, как-то варёно всё было, но за гостя - огромное спасибо!
