Sep. 30th, 2010
Почему надо считать, сколько надо учителей, вопрос ясен. Это бюджет, это расчёт расходов на обучение одного школьника. К сожалению, в нашей стране, поставленной элитами в странное положение наколотой на булавку бабочки, это вопрос не местного бюджета, а бюджета аж всей федерации.
Тем не менее, примем это пока за реальный факт.
Россия – родина перезанимавшихся математикой. Подавляющему большинству кажется, что всё можно посчитать. И на самом деле они правы.
Ведь с точки зрения формальной логики «всё» равно «ничего».
Если мы проследим историю количественных измерений (а математика именно это и ничто другое, попытка добавить «пространственные соотношения» лишь ухудшает определение), то обнаружим, что ключевым является именно измерение.
Так вот для того, чтобы измерить нечто, нужно это нечто определить. Сколько учителей нам нужно для чего?
Логика фурсенковщины такова: «– В вопросах определения оптимальной численности учителей можно опираться как на российский, так и на мировой опыт». Если в развитых странах (ОСЭР) соотношение учителей и учеников столько-то на столько-то, то и нам надо также. Второй вариант, предлагаемый им: нам надо такое же соотношение, как было в СССР. А уж если цифры совпадут, то мы вообще гении расчётов.
Почему премию дали Перельману? Надо было дать Фурсенко.
Проанализируем оба тезиса.
Отвлечёмся даже от корректности министерского расчёта. Предположим, что в странах ОСЭР действительно в среднем такое соотношение как говорит Фурсенко. Возникают три законных вопроса.
- Почему мы должны ориентироваться на среднее? Почему нам не взять для образца Японию и не сократить учителей вдвое? И нужно ли нам искать образец? А может самим стать образцом?
- Что здесь телега, а что лошадь? Мы ведь не развитая страна, а развивающаяся!? Может быть, нам надо брать соотношение по Африке или Индии? Или само наличие такого соотношения сразу помещает нас в когорту развитых стран? Так может нам оставить как есть, и быть сверхразвитой сверхдержавой?
- Можно ли ориентироваться на некую статическую цифру в данном случае? Как развивается соотношение учитель/ученик в мире и в странах ОСЭР, в частности по годам? Может быть уменьшение соотношения – это общая тенденция?
Встречали ли вы освещение этих вопросов на нашем пространстве хотя бы в течение последних 5-7 лет? Или хотя бы их постановку? А ведь на это выделяются немалые бюджеты!
Странным выглядит и сравнение с СССР. А почему нам надо сравнивать с СССР? Это что, успешный социальный проект? Финал мы знаем. Неуспех очевиден. Возможно именно потому, что учителей не хватало.
Известен также тезис, что мы не можем рассматривать систему образования «как собес».
И опять непонятно почему. Вот в Германии рассматривают высшее образование как способ борьбы с безработицей. Может немцы и идиоты, но обосновать-то надо. Тем более что и сам министр признаёт такую идею возможной.
А ведь это порок системообразующий. Не отвечая на сущностные, ценностные вопросы, нам дают некие взятые с потолка цифры. Припудривают их невнятными расчётами или сравнениями… и в путь!
Я понимаю, что наша страна почти безнадёжно отстала в своих представлениях о труде.
Думание у нас – не труд и не работа, а пустое времяпрепровождение, в лучшем случае хобби типа садоводства. Но именно поэтому, друзья-товарищи, у нас ёмкость «ума» в экономике на одном уровне с Нигерией.
Сурков, который Владислав, заявляет:
«Умная, продуктивная, богатая экономика порождает нового, богатого и свободного человека. По этому пути нужно пройти неспешно, потому что, сколько революций ни соверши, они не рождают никакой новой экономики» (пруфлинк).
«Умная экономика требует умной политики и свободной, творческой атмосферы. Она несовместима с сырьевой косностью и архаичными общественными отношениями», - возражают ему Медведев и медведевцы, - «Личный успех, поощрение инициативы, повышение качества общественной дискуссии…» (пруфлинк)
Именно умный человек создаёт умную экономику, а не наоборот, г-н Сурков! Как ни странно, умный её и потребляет. Экономика отвечает на ценности и мотивы. При этом она, само собой, и освобождает, раскрепощает, растормаживает новые.
"Если говорить о моих представлениях, о моих мечтах на тему о том, что будет через десять лет, то я считаю, что оптимальным было бы создание именно такой умной экономики, умных производств в самом широком смысле этого слова, и на это не следует жалеть денег", - сказал Медведев в интервью американскому телеканалу "Си-Эн-Би-Си".
Но это маниловщина в чистом виде. Даже если вы закупите луковицы тюльпанов и голштинских коров, но поставите на это хозяйство дураков, вы увидите лишь большие убытки. И никакое Сколково вам не поможет их затушевать.
Идеи правят миром. Ценности, выраженные в идеях. Поэтому общество не желающее тратить ресурсы на продуцирование/генерирование идей и их борьбу, - обречено.
Однако вернёмся, собственно, к баранам… то есть учителям.
Если пытаться найти ответ на поставленный вопрос, то нельзя не заметить двух принципиальных вещей.
Первое. Качество образования не имеет прямой связи с количеством учителей. В своё время народ обнаружил странную, но закономерность: у семи нянек дитя без глазу, то есть без присмотра. Однако буквально пословица значит, что при большом количестве присматривающих ребенок легче может лишиться глаза. На это нам указывает, например, польские варианты пословицы: «где много нянек, там ребенок без носа» или «где много нянек, там ребенок горбатый».
Второе. Соотношение учитель/ученик прямо зависит от культуры сообщества и воспитания в семье. История с Японией, история с двойным дном. В Японии – культ образования, культ учителя. Ученик ловит каждое слово. В России это не так. Более того, в разных местах в России это по-разному.
Поэтому единственный разумный выход из ситуации – перенос решения этого вопроса с федерального уровня даже не на региональный, а на местный. Именно местная община (жители, родители, муниципалитет) должна решать, сколько им надо учителей!
Москва златоглавая.
Sep. 30th, 2010 05:38 pm 
Рудольф Chichikov, экономист из Перми : Москва и москвичи
30.09.2010 | 16:45Вероятно, пиши свою книгу сегодня, Гиляровский назвал бы ее – «Москва, москвичи».
За прошедшее столетие «И» куда-то пропало…
Исчезло и то, что было некогда единым целым, что на Руси звали красиво и гордо – Первопрестольная.
Город, пережил три революции, эвакуацию, репрессии, он втянул в себя разные народы и сословия, как магнит притянул к своим домам и дворам со всех концов страны новое дворянство – номенклатуру, и стал символом достатка в стране вечного недостатка, где сам штамп регистрации в паспорте уже есть материальное благо.
Почти сто лет страна исправно выплачивает Городу дань.
Она недоедала, стояла в очередях, спивалась, деградировала, но изо дня в день снабжала и снабжает Город всем, чтобы его жители, ни на миг не усомнились, что они живут в лучшем городе страны, и счастье их велико и безмерно, и что по сравнению с ним, меркнут все проблемы далеких поселков и аулов.
Люди ехали в Город как в Мекку.
Они готовы были быть кем угодно, но в этом Городе.
И последние москвичи растворились в этом котле незаметно и тихо, уступая нахрапу новых гуннов.
Они молча исчезли, с песнями Окуджавы, с ночными стояниями у Таганки, с их мягким и очаровательным говором, повсеместно заменяемым на жуткое произношение, для удобства самоидентификации и удовлетворения тщеславия разношерстного племени, при случае столкновения с не имеющими правильной регистрации.
Все, что только где-нибудь сверкнуло талантом или его намеком немедленно истребовалось Городом к своему столу.
Все, что можно было привести из-за моря-океана диковинного и приятного везли туда же, к тому же столу.
Страна медленно пустела, отдавая всю себя на радость Города.
Даже то, что население Сибири уже давно меньше, чем население одного Города не смутило никого.
И смена эпох не отразилась на нем.
Она лишь добавила Городу очередную порцию соискателей из провинции, кои внезапно обогатившись, тут же устремились к нему, в его чертоги, где делятся все деньги, где решаются все вопросы, где живут все нужные люди.
И очередная дивизия номенклатурных оккупантов десантировалась в Город как на поле боевых действий.
Москва – это давно не москвичи.
Это чудовищная госдача для разнокалиберного сброда, что считает себя вершителем судеб страны.
Они истинные хозяева города.
Что они и доказали всем москвичам жестко и беспардонно в очередной раз.
Это их город, и никому они его отдавать не собираются, ни мэрам, ни их женам.
И дело не в том кто хуже, мэр или его жена, у хозяев жены тоже не невесты Христовы, и сестрами милосердия в госпиталях не служат и раненых солдат с ложки не кормят.
Это императрицы могли себе такую роскошь позволить. Этим матронам руки марать статус не велит.
Но сказки никогда не врут.
И золотые стрелки брегетов неумолимо приближаются к полночи.
И кареты все равно превратятся в тыквы, чиновные жены в кухарок, а их сановитые мужья в крыс и кротов, коими всегда и были.
И москвичи вернутся в Москву, и страна обретет свою столицу, а столица вспомнит, что она без страны просто город где-то на востоке Европы.