Едут и смеются, пряники жуют.

[catok]

Запись на сайте enadtochij.phronesis.ru.

 

…вот чем хорош современный мир? Можно сказать за углом общественного туалета, а услышит весь мир, потому что там будут камеры все! Сказали и чинно, стуча копытами, удалились в сторону моря!

http://kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1495411

якобы поток сознания обенштандартенфюрера, произведенный передвижением с колесниковым в ладе-калине по российским дорогам. По-своему очень показательный поток. Потому что ведь любопытно – как вот такое живет и рулит не только ладой-калиной. А вот так и живет, и рулит. Это уже даже постоянным раздвоением лгущего самому себе сознания не назвать. Нет, такие барочные трагедии сюда не имеют отношения. Он абсолютно ИСКРЕНЕН. В каждый момент времени, которое – совсем не время в смысле Канта, т.е. не время траснцендентального единства апперцепции. Ложь – это дление высказывания, в котором посылки и заключение из них вменяются одному субъекту, тождественному себе во времени высказывания. А здесь о таком тождестве говорить нельзя. Тождество организовано не субъективно, оно не собирается в представлении этической персоны. Оно организовано ситуативно, во внешней фокализации реактивного ответа на сигналы другого, как вытеснение или зачеркивания другого в другом. Кажется, что он уперто не замечает того, о чем его спрашивает другой. Ничего подобного. Вся стратегия построения речи – зачеркивание другого, семиотический коллапс утопления в говне из клише, в абсолютно внешнем.

 

Ближайший аналог речи этого существа – речь Эйхмана в Иерусалиме. Радикальное отсутствие способности мыслить – как это описывает Арендт. Зияние между клише онтологии госрезона, общими фразами на темы “государственных забот” и личным, частным горизонтом очень мелкого человека-функции, ответственность с которого за свои деяния как самотождественной личности, существующей в отношении к другому – изначально СНЯТА. Политический дурак, не способный соотносить единичное (себя самого) и общее (политические абстракции). Такое лицо не являтся юридической персоной, которой осмысленно что-то вменять посредством суда (как бесполезен для Эйхмана суд над Эйхманом).

Вот смотрите: “удалились в сторону моря” – это цитата из позднесоветской риторики. Это -из заявления ТАСС по поводу сбитого южнокорейского пассажирского самолета. Верх советского цинизма, у нас в те времена эта фраза стала крылатой. В речи этого эйхмана эта фраза употребляется без осознания того, что говорится, говорит некоторое абсолютно внешнее “оно”, сопряжения употребления клише с ситуацией,в которой оно употреблено – нет. Это никакой не Борджиа, а просто политический дурак. Если начать вместе с ним разбирать то, что он сказал – он очень удивится и начнет уверять, что  ничего такого он ввиду не имел. И правда не имел, ибо эйхман вообще никогда ничего не имеет ввиду. Точно также бессмысленно было бы с ним обсуждать как его этическое деяние ответственного лица трупы в Беслане или Норд-осте. При таком разрыве на общее, существующее лишь как поток клише, и единичное – сиюминутные реакции абсолютно частного лица – никакой вопрос об этическом деянии не возможен. Получается “оправдательная речь в суде” по Хармсу. В каждой точке у него есть  мотивированное объяснение абсолютной невиноватой невовлеченнсоти в случившееся само собой, но из этих точек невозможно сложить линию “внутреннего переживания времени”, т.е. дления персоны говорящего. “Она утонула” – эмблемата такого способа говорения без мысли.

То, что такой эйхман сегодня во главе ядерной державы, находящейся в глубоком системном кризисе на грани развала – можно представить только в страшном сне. В этом страшном сне Россия как раз и живет. Это означает, что решения будут принимать сами себя, никакой ответственной силы, способной ОБДУМАННО отдавать приказы о расстреле народных волнений или запуске ракет для ядерного удара – нет. “она запустилась”, “они застрочили” – это все. Так ребенок ( да и то не всякий) будет объяснять, почему он прогулял уроки или не сделал домашние задания. Проклинаемый охранителями Ельцин отличался от обенштандартенфюрера как минимум вот в этом: эйхманом он не был никогда, и если он говорил: я принял решение – действительно было некоторое я, принявшее решения, обдумавшее их, соотнесшее единичное и общее и имеющее эту соотнесенность как свою личную этическую проблему. Иначе говоря – Ельцин был личностью, которй можно что-то вменять (зло или добро). А обенштандартенфюрер – нет, не является. Здесь еще не возможен вопрос о добре и зле.  На месте личности – черный провал. И есть большие опасения, что  этот черный провал достаточно широк, чтобы проглотить страну, выигравшую счастливый лотерейный билет иметь эйхмана пожизненным местоблюстителем.